Загрузка...
Headphones. Ночной Эфир - городское фэнтези/триллер
Ночной Эфир
Ночной Эфир

"Ночной Эфир" - городское фэнтези/триллер, действие которого разворачивается на радиостанции "Город FM". Жуткие галлюцинации будоражат небольшой коллектив, а по тёмным коридорам, словно иприт, расползается тайный, удушливый ужас...

Глава 8. Яна

Весь день Яна провела в институте. Консультации, библиотека, досдача старого хвоста отняли кучу времени, но девушка знала, что главная её проблема ещё впереди. Через две недели филологи должны сдавать госэкзамен. Ничего более жуткого невозможно было себе представить, по сути, материал последних трёх лет обучения требовалось затолкать в свою несчастную память спрессованной грудой. Хотя это в принципе невозможно, во всяком случае для Яны, которая никогда не была сторонницей зубрёжки. Она всегда старалась уловить суть материала, а затем изложить её своими словами.

Иногда "свои слова" ей существенно помогали и приносили хорошие оценки, но случались и провалы – некоторые господа преподаватели воспринимали лишь ответы, в которых студенты почти дословно цитировали их собственные мысли. И вот теперь гос... До него две недели, а нервов никаких нет, ведь если случится завал, придётся готовиться к пересдаче и писать диплом одновременно, что вовсе не лезет ни в какие ворота. С другой стороны, почему она должна провалиться? Вроде бы ничто не предвещает, и её гораздо более слабые сокурсницы ходят спокойные, как удав.

Хорошо, что можно отвлечься, переключаясь на работу в "Городе FM". Когда она в прямом эфире, все посторонние размышления отпадают сами собой. Ещё полгода назад Яна и представить не могла, как она втянется в ночные разговоры "за жизнь" с растущей армией поклонников. Надо же, у неё и в самом деле есть свои поклонники! Одно время, лет в пятнадцать, когда по телеку шла первая "Фабрика звёзд", она ужасно завидовала "фабрикантам" и мечтала о том, что у неё тоже когда-нибудь будут обожающие её фанаты.

Но сейчас и на радио обстановка стала какой-то нервной. Привычно рассматривая оранжевые окна коттеджей, мелькавшие между запорошенных снегом деревьев, Яна пыталась вспомнить, с чего же всё началось. Выступление Генерального взбаламутило вялый, вымотанный длинными праздниками коллектив "Города"? Это уж непременно. С новыми веяниями для кого-то открывались неожиданные перспективы, а у других заходила под ногами привычная почва. Народ тут же, на всякий случай, принялся интриговать.

Вон Жека Луцкий вчера под шумок подсунул в её эфир две песни, она и сама никогда не слышала название групп, которые их исполняли. И ведь был совершенно уверен, что Куницын это не проконтролирует (программный, по слухам, вчера весь день просидел в кабинете, должно быть продумывал какой-то план Барбаросса). Шило тоже было не видно, не слышно, даже Лерка Субботина не нарвалась на трёпку, видимо и редакторская голова оказалась забита другими проблемами.

Но в этом всеобщем мандраже было что-то ещё, чему Яна затруднялась подобрать определение. Вчера она сильно испугалась, когда Паша Привольнов рассказал ей о происшествии с Кариной. Испугалась, но внутренне совсем не удивилась. Почему? Она не знала. То ли сама Каринка подготовила Яну историей со скачками Привольнова и охранника в поисках похищенной Лерики? В воскресенье подруга веселилась, а в понедельник вечером Яна застала её нервно сжатой в комок, явно оттягивающей момент, когда нужно будет выйти на улицу. Если бомба дважды бьёт в одно и то же место, значит с ним что-то не так...

Очень кстати ты об этом задумалась, тут же рассердилась на себя Селиванова, прибавляя шагу на пустынной дороге, ведущей к радиоцентру. Кстати, странно, весь день она даже не вспоминала о вчерашних страхах, но теперь они сами собой заклубились в её голове. Отличные мысли для прогулок по ночному лесу! Хотя, какая ночь? Всего лишь восьмой час, но здесь, за городом, в окружающей тишине, нарушаемой лишь скрипом её шагов, кажется, что весь мир вымер или спит беспробудным сном.

А вот и нет! Мигнув фарами, мимо Яны пролетела машина какого-то счастливца, на сегодня закончившего свой трудовой день. Ничего, сейчас она добежит до "улья", бросит там пальто и спустится в кафе. Крепкий горячий кофе ей бы совсем не помешал. Вместо того, чтобы пугать себя, лучше посмаковать его, придумывая тему для сегодняшнего диалога. Яна давно заметила, что на одних звонках и эсемесках слушателей интересного разговора не построишь, обязательно нужна какая-то затравка, чтобы вовлечь людей, оказавшихся вечером у приёмников.

Например, сегодня можно обсудить с ними, смогли бы они в одиночестве жить в диком лесу. А чем не тема? Сразу нарисовался образ – огромный, заваленный снегом лес, крошечный уютный домик на опушке, кругом различное зверьё, и рядом больше нет никаких соседей – ни гнилых алканавтов и наркомов, отирающихся по подъездам, ни бабуль на лавочке, ни визгливых тёток, требующих выключать музыку ровно в двадцать три ноль-ноль. Почему-то Яне казалось, что такой образ жизни непременно найдёт сторонников, но большинство завопит, что нормальная тусовка есть только в больших городах. Вот и пусть выясняют.

– Здравствуйте! – сбивая с сапог снег, девушка промчалась мимо охранника.

Сегодня Егор, это хорошо, а то, когда дежурит толстый Миша, он с таким выражением выбирается из своей будки, выпуская Яну после эфира, словно надеется, что она без его помощи провалится сквозь землю. Вчера он вообще был злой, как собака, всё время ныл и наезжал на Привольнова, явившегося её проводить. Вот, кстати, новый прикол. Никогда не замечала, что Пашка относится к ней как-то по-особому, вроде бы и внимания на неё он раньше не обращал, а тут такие нежности – не поленился приехать с другого конца города.

Правда, он уверял, что выслеживает маньяка... Интересно, а сегодня он тоже появится? Тогда можно будет делать выводы и, между прочим, довольно приятные, потому что Привольнова никто не считает лузером. Конечно, он не Бартон, вокруг которого всегда вращается любая компания, он одиночка, казавшийся Яне собранным, как кот перед прыжком. Павел был себе на уме, а главное, ни за кем не бегал – ни за Кариной, ни за Леркой, а ещё говорят, что он профессионально занимался спортом до какой-то серьёзной травмы.

– Янчик, привет! Постой!

Задумавшаяся Селиванова затормозила на пороге "улья", заметив, что по коридору к ней летит Лиза из отдела рекламы. Лиза ей нравилась, и, возможно, они бы сдружились, но их рабочие графики совершенно не совпадали. Когда Яна появлялась на радиостанции, Леонова уже была дома, и они чаще перезванивались, если Лизе хотелось привлечь ди-джея к записи новой рекламы.

– Отлично, что я тебя дождалась! Сегодня какой-то безумный день, кажется, рекламодатель вышел из комы, а Ольга появится только на следующей неделе, – на одном дыхании выпалила Леонова. – Все тексты на мне, приходится сидеть до полного опупения.

– Много работы? – посочувствовала Яна.

– Да полный дурдом! Слушай, мы с Потапом, вроде бы, за день подраскидались, но один ролик тебя дожидается. Там нужен такой голос... точно не Субботинский, – девушки оглянулись на студию, где сидела в наушниках Лерика. – Без вот этих дел – а-ах, у-ух, хочешь меня? Открывается новый молодёжный клуб, клиенту нужен нормальный позитив, как, например, если бы ты рассказала об этом своим друзьям. Попробуешь?

– Хорошо, – кивнула Яна. – Когда?

– Да, блин, вообще-то, сейчас, но Потап куда-то смылся! Я к нему ломилась, дверь заперта, хотя свет горит... Вот же он зараза! Ведь ему ещё всё это в дорожку собирать...

– А чего ты-то нервничаешь? Пусть Шило парится.

При имени редактора Лиза совсем помрачнела, опасливо обернулась в сторону тёмного тупичка, где находился их общий с редактором кабинет. Яна с Кариной очень сочувствовали Леоновой, вынужденной терпеть такое соседство.

– Ты, наверно, не в курсе, но мы с ней вчера поцапались, – полушёпотом сообщила Лиза. – Теперь она ходит и демонстративно делает вид, что реклама её не волнует. Что хочет доказать? Что одна я рекламу не вытяну, не организую, вообще я никто и звать меня никак?

– Шило к тебе не лезет? – недоверчиво спросила Яна, тоже понижая голос.

– По-моему, она окончательно свихнулась. Весь день сидит в кабинете, провоняла его какой-то тухлой колбасой – жрёт она её втихушку, что ли? – я уже утром не выдержала и сбежала в продажи, там свободный стол – Наташка Рутберг заболела. Видеть не могу эту старую дуру, по-моему, она решила во что бы то ни стало избавиться от меня.

Конечно, Лиза была расстроена, и ситуация рисовалась ей в самых мрачных красках, но Яна очень сомневалась, что все свои силы редактор тратит на борьбу с рекламным подмастерьем. Скорее, она тоже высиживает стратегические планы, несколько запустив текучку.

– Слушай, у нас тут, вообще, такая жуть, – со своих невзгод Лиза перескочила на поразившую "Город" трагедию. – Представляешь, Петрович умер. Вчера вечером его увезли в больницу, и... всё. Куницын ездил к родственникам, в четверг похороны.

– Ужас, – Яна перестала расстёгивать пальто и уставилась на приятельницу. – А что с ним случилось?

– Ты разве не в курсе? Ах да, ты ведь не могла видеть, как его выносили отсюда.

– Отсюда?!

Все дурные предчувствия, утихшие было несколько минут назад, мгновенно повысовывали из нор свои гнусные морды, издевательски скалясь на Яну. Слушая эмоциональный рассказ Леоновой, девушка поймала себя на том, что снова застёгивает кнопки, словно собираясь удрать со своей любимой работы. Лиза же, не обращая на это особого внимания, довольно живо описала сцену спасения "деда" программным директором и потащила Яну к инженерной, чтобы продемонстрировать новый кусок пола.

– Видишь? Куницын чуть ли не ночью заставил перестилать.

Селиванова видела, заплатка оказалась свежей и чуть более светлой, а вчера на этом месте всё было в крови... Как она умудрилась не заметить? А так, что Привольнов сразу уволок её домой, и она не шаталась по коридору. Интересно, что ещё она могла повстречать здесь, если бы так вовремя не появился Павел? Додумывать эту мысль до конца Яне категорически не хотелось.


Оживлённо переговаривавшиеся девушки вздрогнули, когда в какой-то из дверей щёлкнул замок, хотя звук был совсем негромким. Дверь второй студии медленно приоткрылась, и оттуда выглянул взъерошенный Серёга Потапов, довольно бессмысленно уставившийся на коллег. Вид у звукорежиссёра был даже забавный – редкий чубик стоял дыбом, рубашка оказалась расстёгнутой и перепачканной чем-то красным на воротнике.

– Отлично! – взвилась Лиза от этого явления. – Я тут весь вечер колочусь, а он развлекается!

Подцепив Яну под локоть, Леонова ринулась к Потапу, продолжая громко выражать своё возмущение. Но в голосе её слышалась радость от того, что звукорежиссёр наконец отыскался, и злополучный ролик сегодня будет записан. Яна же совсем не разделяла её оптимизма – вблизи Серёга выглядел явно больным. По бледному лицу, в старых оспинках прыщей, когда-то донимавших Потапа, катились крупные капли пота, воспалённые глаза смотрели мимо девчонок. Было полное ощущение, что парень пытается сообразить, где это он оказался.

– Серёж, я договорилась, что Яна начитает тебе текст "Уикенда". Завтра утром его нужно будет отдать на утверждение. Успеешь? – теребила звукорежиссёра Лиза.

Встрепенувшись от её звонкого голоса, Потап запахнул рубашку и уставился на Леонову тяжёлым взглядом.

– Ты не заболел? – внезапно озаботилась та, наконец разглядев состояние Серёги. – Тебе плохо? Ой, мамочки! Ну тогда завтра придётся как-то выкручиваться, ладно, я поговорю с менеджером...

– Всё нормально, – глухо ответил Потап и вытер лицо рукавом. – От меня что нужно?

– Как что? Алё! Клуб "Уикенд", помнишь? Они тоже суетятся с прокатом, хотят немного распиариться к четырнадцатому февраля.

Сергей молча отступил, пропуская девушек в комнату, Яна с удивлением заметила разогнанные по углам кресла и разбросанную по полу стопку бумаги, обычно аккуратно лежащую на подставке пульта. Но листков оказалось слишком много, такое ощущение, что часть их ссыпалась с потаповского стеллажа, где он хранил старые тексты. Да чем здесь Серёга занимался? Пожалуй, запереться с ним наедине в студии – не лучшая идея, это странно, но сейчас приятель почему-то её пугал. Это Потап-то! Старый бродяга, с которым немало выпито и переговорено, однако Яне казалось, что она не знает человека, только что прошедшего к пульту по разбросанным листам и небрежно вытянувшего из груды её текст.

– Ну всё, давайте, работайте! – подтолкнула Яну Леонова, тоже молча оценившая состояние комнаты. – Пока, Янчик, завтра, наверное, не увидимся, заранее спасибо. Надеюсь, ролик будет суперский!

Напутствовав таким образом Селиванову, Лиза направилась к отделу продаж, её шаги, раз-два, глухо простучали по настилу и затихли за соседней дверью. Конечно, рабочий день рекламщиков давным-давно закончился, но Яна надеялась, что Лиза на время записи останется рядом с ней. Мало ли, подправить интонацию, внести какие-то коррективы в текст, вообще-то она довольно часто так делала. Хотя сегодня Леонова, наверное, вымоталась...

Кое-как подавив внутреннее сопротивление, Яна вошла в студию, бросила в кресло пальто и сумку. Молчание затягивалось, Потап, сгорбившись, сидел за пультом, не выражая никакого желания руководить процессом. Вот влипла, и дёрнул же её чёрт приехать на работу так рано! Похоже, лучше всё переиграть, отправить Серёжку домой, пусть немного подлечится и отоспится, а ролик записать завтра, она даже согласна приехать сюда утром, только чтобы эта дурацкая ситуация как-нибудь рассосалась.

– Серёж, если ты правда себя неважно чувствуешь, давай перенесём на завтра, – осторожно предложила Яна, глядя в понурую потаповскую спину. – Думаю, ничего страшного, Лиза сама говорила, что руководство занято совсем другими проблемами. Так что, временно Шило можно не бояться.

– Что? – вздрогнул Потап. – Шило... Да, сейчас, сейчас всё запишем... Вот это твоё, а вот это...

Второй листок, всё ещё валявшийся на пульте, оказался в его руках. Салон "Прелюдия" – успела прочитать крупные буквы заголовка Селиванова, но внезапно Сергей с силой скомкал бумагу, отбросил её от себя, запустив белым комком через всю комнату. От неожиданности Яна вздрогнула, снова поймав себя на остром желании оказаться как можно дальше от потаповской студии. Но было поздно, сунув ей в руки слегка помятый лист с текстом, Серёга уже одел наушники, настраивая аппаратуру.

Что делать в такой ситуации? Не бросаться же вон, прислушавшись к малопонятным сигналам подсознания, это нелепо. Можно представить, как удивится Потап, а потом вместе с Каринкой будет долго прикалываться над ней. Чувствуя неприятный холодок, девушка вошла в маленькую звукоизолированную кабинку и плотно прикрыла дверь. Так, теперь нужно быстро привыкнуть к тексту. Что там у нас? "Новый, суперпозитивный клуб "Уикенд" открывает для тебя свои двери! Демократичные цены, огромный танцпол, россыпь забавных конкурсов и приколов ждёт тебя и твоих друзей каждый день с восьми вечера и до восьми утра в нашем клубе! Запомнил? Наше правило: "Уикенд" – каждый день!"

Ну, это просто. Действительно, реклама без заморочек, и она первая же клюнет на неё, обязательно пойдёт посмотреть новый клубешник. Яна любила весёлые непафосные места, куда народ приходил отрываться, а не демонстрировать собственную персону. Здесь нужна очень лёгкая подача. Но ничего не вышло. Стоило девушке отвлечься от листа и взглянуть на Потапа, как слова встали комом в горле – звукорежиссёр вздрагивал, тяжело опираясь на пульт, его глаза метались по комнате, периодически больно утыкаясь в Яну. Внезапно Серёга подался вперёд, почти уткнувшись лицом в стекло, прямо напротив его застывшей физиономии Яна разглядела бледный отпечаток красных помадных губ.

Лерика! Неожиданная догадка ошпарила девушку. Кто ещё до неё мог читать этот ролик с "Прелюдией"? Неужели она и Серёжка... Тогда понятно, отчего его так колбасит! Нет, ну какая овца, знает же, что у них с Каринкой всё очень серьёзно! Кое-как протараторив текст, Яна вопросительно взглянула на Потапа, тот уже сидел ровно и только равнодушно махнул рукой. На всякий случай Селиванова ещё раз прочитала текст, постаравшись добавить голосу хоть какого-то энтузиазма. Вообще-то, она привыкла, что даже если всё шло хорошо, Сергей делал по пять-шесть дублей, но, видимо, клубу не повезло, сегодня Потап был сам на себя не похож.

Однако подозрения о Лерике быстро показались Яне глупыми. Вряд ли Серёга мог так расчувствоваться по этой причине, сказал кто-то гораздо более взрослый и опытный в её голове. Девушка поймала себя на том, что безотчётно комкает многострадальный лист с текстом, а через стекло на неё внимательно смотрит Потап. Второй раз за вечер она подумала о том, что не знает притаившегося за пультом мужчину. Хотя, почему притаившегося, откуда такие определения? Вот Сергей склонился над аппаратурой, что-то там подвигал, затем вместе с креслом отъехал чуть левее, к компьютеру. Теперь мимо него будет легко прошмыгнуть к двери...

Да что за дурацкие мысли?! Ты ещё скажи, что это ловушка, Потапу ничего не стоит перехватить тебя на полпути, даже не особо сильно катнув наперерез своё кресло. Бред, давай, вспомни о Каринкином маньяке, о том, что и на Лерику, вроде бы, кто-то напал! Ага, вот, теперь Сергей немного оживился, уткнулся в экран, принялся водить по нему мышью. Можно выходить?

Яна двинулась к двери, стараясь избавиться от неприятного ощущения, что Серёга искоса поглядывает на неё. Уже приоткрывая плотное стекло, девушка вздрогнула – тишину студии разорвал резкий телефонный звонок. Потап окаменел за своим монитором, Яна в панике замерла, не зная на что решиться, но в следующую секунду звукорежиссёр легко вскочил с места, метнулся к закрытому жалюзи окну, где на подоконнике стоял допотопный аппарат. Больше не рассуждая, девушка вылетела из студии и устремилась в коридор, на пороге услышав спокойный хрипловатый голос Потапова:

– Да, Жанна, я уже заканчиваю, скоро буду дома. Жди меня, дорогая.


Не слыша ничего, кроме дикого шума в ушах, Яна едва не пронеслась мимо "улья". Всё внутри тряслось, и нужно было как-то собраться перед работой, потому что прямой эфир – лучший проводник твоего настроения. В обычной жизни на то, чтобы успокоиться после подобной встряски, девушке понадобилось бы много времени, но новый сюрприз заставил её соображать быстрее. Ещё бы, стоя на пороге общей комнаты и не очень веря собственным глазам, Яна смотрела на распахнутые двери главной студии. Лерики не было на рабочем месте, более того, не было вообще никого, кто мог бы хоть как-то повлиять на последствия очередной выходки гламурного ди-джея.

С сердцем, затрепыхавшимся где-то в районе желудка, девушка ринулась в студию, предполагая возможные ужасы, которые натворила Субботина. Канал мог молчать, туда могли проникнуть "левые" треки или звук вообще елозил на одном месте... Что эта дура сделала! Только убедившись в том, что ничего подобного не произошло – в эфир шли выставленные на недельное голосование хиты, Яна вздохнула с облегчением. Нет, Лиза права, вокруг и правда полный дурдом. Но что себе позволяет Лерка?!

Время – пятнадцать минут девятого (что-то долго они прокопались с Потапом), Субботина, как минимум, должна была дождаться Яну, даже если опять собиралась свалить на неё погоду и другие перебивки. Вчера она покинула студию, "поручив" часть своей работы ночному ди-джею, сегодня удалилась и вовсе по-английски, не прощаясь. Нужно что-то придумать, чтобы прекратить эти выходки. Может, в следующий раз не спешить так рьяно предотвращать катастрофу? Пусть потом начальство разбирается, почему Лерики не было в эфире.

Так, потихоньку успокаиваясь, Яна прослушала последнюю пару песен, удивившись, как в их хит-парад умудрился угодить хип-хоповский исполнитель Леон, утверждавший, что "мы с тобою Кай и Герда!". Надо же, неужели этих парнишек "бодрячком" потянуло на классику, на страшные сказки, а "Снежную королеву" Яна безусловно считала страшной сказкой – в ней в мгновение ока мальчик превратился в чудовище, а девочка была вынуждена бороться за него, преодолевая препятствия, во много раз превосходящие её силы. До боли реальная жуть.

Но хватит философствовать, пора работать. Отгремела её личная заставка – как же девушка ею когда-то гордилась! Однако человек – такое существо, которое быстро привыкает ко всему хорошему, и теперь она была для Яны просто сигналом максимальной мобилизации.

– Добрый вечер, город, – как обычно поприветствовала она свою аудиторию. – И снова за пультом "Города FM" ди-джей Яна. Не знаю, как вы, а я соскучилась, и вот какая мысль пришла мне по дороге на работу. Всем известно, что человек – существо компанейское, но некоторые уезжают на северный полюс или в тайгу. Неужели им там не скучно? А вот вы, например, смогли бы жить в лесу в одиночестве?

Хорошо что подводка как-то сама собой заранее родилась в голове, потому что потом у девушки совершенно не было времени над ней подумать. Но мысль оказалась удачной. Первый же дозвонившийся с энтузиазмом поведал Яне, что он готов жить хоть на необитаемом острове, если только вместе с ним там окажется несколько классных островитянок. Потом какая-то девчонка попросила поставить песню группы "Динамит" то ли про Ямайку, то ли про красную майку, в общем, что-то такое очень старое, но крепко связанное в её голове с жизнью на далёких тропических островах. Позвонила женщина, со вздохом попросившая не травить душу разговорами о райских уголках и тёплом море.

Тема пошла, и пусть она, как обычно, довольно сильно отклонилась от того, что закинула Яна, но народное голодание по солнцу и жаркому лету было совершенно понятно. Никто не хотел в тайгу, все жаждали тепла и экзотики. Честно говоря, под эту оживлённую и смешливую болтовню девушка сама расслабилась, внутренне удивляясь, что же могло её так напугать. Она перестала каждую минуту озираться на "улей", втянулась в игру, несколько минут назад предложенную в очередном разговоре совсем маленьким мальчиком, который хотел называть острова по всем известному принципу городов.

– Антиб, – гордо произнёс он, дождавшись поощрения ди-джея.

– Бали, – послушно откликнулась Яна.

Молчание в эфире, затем взрослый мужской голос продолжил – Итака. А вот и нет такого острова, завопило сразу несколько слушателей. А вот и есть, отозвался мужчина, это знаменитый остров Одиссея, школьная программа, когда же вы только будете учиться? Так это же, вроде, миф – и остров и ваш Одиссей, не отступали спорщики, демонстрируя некоторую эрудицию. А вот действительно реальный остров на и – это Ибица! Поддавшись общему настроению, сегодня слушатели не хотели обсуждать дневные проблемы, за два с лишним эфирных часа Яна окончательно успокоилась.

В конце концов, ничего не случилось, твёрдо сказала себе девушка, на Серёгу просто что-то нашло, но это можно понять. С Кариной у него всё в подвешенном состоянии, с какого-то боку впуталась Лерка, а тут ещё взялась названивать жена, которую Яна лишь однажды видела издалека, но она произвела на девушку отталкивающее впечатление. Так что бедняге Потапу стоит посочувствовать, но никак не бояться, с чего это вообще взбрело ей на ум?


К концу эфира Яна поймала себя на том, что всё чаще поглядывает на приоткрытые двери "улья". Неужели она всё-таки ждёт Привольнова? Конечно, с Пашкой было бы гораздо спокойней добираться домой. Хотя, с другой стороны, что может ей угрожать? Потап со своими глюками наверняка давным-давно учесал к жёнушке, да и вообще всё это ерунда. Серёга – маньяк? Бред! К тому же, он был с Каринкой, когда кто-то якобы напал на Лерику. Точно! А когда Карина металась по лесу, он сидел в студии, где его и застигло происшествие с Петровичем!

Почему это сразу не пришло ей в голову? Наверняка сегодняшнему состоянию Сергея есть очень простое объяснение, надо будет аккуратно поговорить с Кариной, выяснить, не замечала ли она за Потапом чего-нибудь необычного. Или не стоит? Вдруг что-то не заладилось в их отношениях, и Серёга просто перебрал успокоительного в буфете – тогда получится, что она лезет не в своё дело. Но, вроде бы, от него не пахло спиртным...

Не решив ничего определённого и не дождавшись появления Павла (с чего, вообще, она взяла, что он теперь будет каждый день её провожать?), Яна оделась и, обзывая себя трусихой, выглянула в коридор. Как и следовало ожидать, там не толпились никакие маньяки и извращенцы, на этаже было пусто, тихо и безлюдно, только в дальнем конце в свою комнату проплёлся Эдик, заступивший на бессменную вахту после смерти напарника. Вот удивительное дело – как начальство понимает, на ком можно безнаказанно отрываться? И ведь наверняка никаких угрызений совести, Куницын просто обязал Эдика быть на посту, пока он не наймёт нового человека, а тот не смог отвертеться.

Между тем, найти инженера эфира совсем не сложно, даже Селиванова – новый человек на радио – была знакома с двумя, один из которых перманентно искал работу. Нужно будет подослать его к Куницыну. С Эдика Яна перескочила на невесёлые мысли о "деде". Трудно представить "Город FM" без его ветерана, если и есть на свете незаменимые люди, то именно таким для радиостанции был Петрович. Он знал бездну всевозможных радийных примет и традиций. Например, "дед" на полном серьёзе утверждал, что ди-джей, работающий в прямом эфире, не должен доверять этой летучей субстанции своё полное имя. Эфир унесёт, заиграет, изменит личность, получив к ней ключ в виде полного имени.

Народ посмеивался над этими байками, но все ди-джеи "Города" исправно брали ники или называли в эфире только своё имя, либо фамилию. А ещё нельзя было озвучивать собственную заставку (здесь нарушил правило Бартон), часто менять внешний имидж (Лерика) и приносить в студию напитки, конфеты и другую еду (эта примета, скорее всего, объяснялась простым беспокойством за сохранность техники). Не то, чтобы работники "Города" соблюдали неписаные правила Петровича, да и на других радиостанциях не существовало ничего подобного, но "деда" очень уважали. Как же вышло, что он так нелепо погиб?

Уже спустившись вниз, Яна пожалела, что не зашла к Эдику, наверняка он рассказал бы ей что-то более внятное, чем Лиза, узнавшая обо всём из десятых уст. Кстати, и Серёга Потапов был непосредственным участником вечерних событий, а Привольнов, вроде бы, ездил в больницу к Петровичу... Хотя, всё это бестолку – один не в адеквате, второго носит неизвестно где, несмотря на намерение каждый вечер проводить у радиоцентра. Вот и верь после этого людям! Отсутствие Павла сердило Яну, и она сама удивлялась своей реакции.

Внизу у Егора на мониторе маленького переносного телевизора самозабвенно лупцевались боксёры. Чёрный крепыш и белобрысый верзила со сломанным носом гоняли друг друга по рингу, полностью завладев вниманием охранника. Вообще-то, администрация радиоцентра не поощряла телевизор на посту охраны, и Егор с Мишей держали его под коробкой от микроволновки, забросав бесплатными газетами. Но в двенадцатом часу ночи бдительное начальство было далеко, поэтому Егор ни в чём себе не отказывал – он довольно эмоционально болел за чёрного парня и даже что-то пытался ему показать, опасно размахивая руками вблизи огромной кружки с кофе.

– Да что ж вы сегодня бродите туда-сюда? – спросил он Яну, продолжая коситься на телевизор. – Что у вас там за мероприятие? Не отдыхается же людям! То ли вам за это бабки лишние доплачивают?

– Каким людям? – не поняла девушка.

– Да вашим же, "городским", – буркнул Егор, краем уха пытавшийся не пропустить ни слова из репортажа.

Похоже, бой подошёл к своей кульминации, совсем озверев, белобрысый попёр напролом и пропустил прямой удар в челюсть. Зал взвыл, охранник дёрнулся к стойке, изо всех сил сигналя Яне, чтобы она побыстрей выкатывалась на улицу. Пожав плечами, озадаченная девушка выбралась на крыльцо. Интересно, кто это из "Города" бродит по радиоцентру? Лично она не встретила никого, кроме бедняги Эдика. Видимо, она перехвалила Егора, этим бывшим воякам настолько лень поднять задницу со своего места, что их раздражают даже отбывающие домой сотрудники радиостанций. Подумаешь, перетрудился, дотопал через холл до двери, чтобы выпустить работников ночного эфира!

Так, тихонько ворча про себя, девушка пробежала уже половину дороги, когда звонок мобильного заставил её притормозить. Может, не брать? Придётся снимать варежку, копаться в сумке... Но телефон всё звонил, и Яна со вздохом остановилась под фонарём. Ну надо же, Привольнов! Что нужно этому обманщику?

– Привет, – заторопился Павел, едва Селиванова нажала кнопку приёма. – Не поверишь, заснул, как дурак, ни к тебе не успел, ни на работу. У тебя всё в порядке?

– Всё отлично, а что должно было случиться? – насмешливо спросила мгновенно приободрившаяся Яна. – Никаких маньяков вокруг не наблюдается. Так что, можешь спать дальше.

– А... в "Городе"?

– Что в "Городе"? В "Городе" тоже всё спокойно, радиостанция работает, эфир выдерживается, рейтинг стабилен, – Привольнов замолчал, и девушка пожалела, что так набросилась на него. – Паш, да что, вообще, может случиться-то?

– Вот я и спрашиваю, ничего там больше не произошло?

На миг заколебавшись, не поведать ли Павлу о поведении Серёги Потапова, Яна тут же отбросила эту мысль. При чём здесь Потап? К сомнительной истории с маньяком, как уже разобралась Селиванова, он не имеет никакого отношения. А Пашка и правда весь на нервах, и его нервозность, как радиация, распространяется вокруг телефонной трубки. Уже закончив разговор, Яна продолжала ощущать неприятный озноб, хотя это, скорее всего, просто мороз, прилипший к её лицу и рукам, стоило девушке остановиться.

После яркого света фонаря лес вокруг показался Яне особенно тёмным, даже представлять, что вчера Карина бегала по нему, от кого-то спасаясь, было страшновато. Непонятно откуда взявшиеся старые истории о голодных лесных обитателях тут же зашевелились в памяти. А что, вряд ли в такую холодину ловить в лесу случайных прохожих станет маньяк, если ему приспичит, он устроит засаду в городе, но ведь волки ещё, наверное, водятся в лесах. Или стаи одичавших собак, что-то такое она однажды читала. Ведь Каринка вчера говорила именно о каком-то животном.

Стало совсем неуютно, и Яна прибавила шаг, стремясь поскорее обогнуть поворот дороги, от которого уже было видно мигающую фарами трассу. Но ноги всё медленнее несли её вперёд. Что-то тёмное лежало на обочине, перевалившись через плоский сугроб. Изо всех сил вглядываясь в очертания непонятного предмета, девушка почувствовала, что непослушные конечности становятся совсем ватными. Да что же это такое?! Ей показалось, или то, что свисает к самой дороге, очень похоже на человеческую ногу? Ногу в сапожке на тонкой шпильке...

Теперь хотелось немедленно остановиться и бежать, не видеть, не осознать до конца свою страшную находку, однако конечности окончательно вышли из повиновения. Дрожа и задыхаясь от ужаса, Яна сделала шаг в сторону, склонилась над перекинутым через сугроб человеческим телом (к сожалению, оно не мерещилось, а было пугающе реальным!) и тут же с криком отшатнулась назад. Лицо и шея человека оказались разорваны в клочья, но Яна узнала его! Вернее, её – короткая норковая шубка, гладкие, слипшиеся от крови волосы, Лиза Леонова... Всего пару часов назад Яна болтала с ней и даже немного рассердилась на приятельницу, подсунувшую её Потапу.

Полная неподвижность шока мгновенно сменилась взрывом, разметавшим остатки мыслей, Яна отпрыгнула назад, едва устояв на ногах, и бросилась к зданию радиоцентра. Чьё-то тяжёлое дыхание моментально устремилось за ней, только взлетев на крыльцо девушка поняла, что слышит собственный хрип. Она изо всех сил замолотила по стеклу и не могла остановиться, даже когда в нём замелькала удивлённая физиономия охранника. Ощущение, что сейчас ей на плечи обрушится страшная животная сила вгрызалось в затылок, перед глазами плыли цветные круги, а Яна всё продолжала хлестать ладошками по стеклу, пока не рухнула в быстро распахнутую дверь.



Нравится книга? Поделитесь с друзьями!




Хотите всегда быть в курсе новостей сайта?
Читайте нас в Твиттере, ВКонтакте и Facebook, подписывайтесь на новости в Google+ и не забудьте поставить +1!




Оставьте свой отзыв, напишите комментарий, задавайте вопросы! Чтобы оставить сообщение, регистрация не требуется, для входа можно использовать ваши профили в Twitter, Facebook, Google или Disqus, или же просто выберите имя и участвуйте в обсуждении как гость.




Комментарии к триллеру "Ночной Эфир"


comments powered by Disqus

Рассылка

Получать обновления на email